?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

В рамках подготовки новой выставки и книги Бориса Быкова "Фотопроза" автор передал нам материалы к повести "Таджикистан - 55". Публикуем первую часть.



БОРИС БЫКОВ. ТАДЖИКИСТАН 1955. Часть 1

СБОРЫ


Июнь 1955г. Началась экзаменационная сессия, но нам с Володей Малаховым не до нее. Мы едем на Памир! Кто-то из больших тузов туристической секции МВТУ им. Баумана организовал группу  туристов для похода по горам Памира, и нам несказанно повезло, что нас в нее взяли - хотя мы были и туристы, но уже имели начальную альпинистскую подготовку, выполнив норму значкиста. В последний момент руководитель всей готовящейся группы туристов не смог поехать, и его заменил другой – Шубин.

К 1950 году высокогорные районы Памира и Тянь-Шаня были изучены и освоены советскими альпинистами. Это ущелье Гармо и верховье ледника Федченко и Инылчека, где расположены семитысячники Советского Союза. Однако горный район южного Таджикистана оставался белым пятном. Альпинисты им не интересовались, крупных полезных ископаемых там не было, дороги, кроме Памирского тракта, там тоже не было. С юга Горно-Бадахшанскую область Таджикистана подпирал Китай и Афганистан. Так что это был нехоженый Памир.

У меня была одна тайная задумка. В то время в мировой прессе много сообщалось о том, что в отдаленных областях земного шара обнаружены следы «Снежного человека». Якобы его видели в Индии, где его звали «йети», а следы больших ступней человека находили часто в недоступных горах, где он обитает, в том числе и у нас на Памире. В это сообщение не хотелось верить, но, а почему бы и нет? Ведь не очень давно обнаружили якобы вымершую миллионы лет назад кистеперую рыбу целаканта. Обнаружили у берегов Африки, где она обитает в глубине. А вдруг, в нехоженых горах Таджикистана я обнаружу следы «снежного человека»! Я знал, что «Россия – родина слонов»!

В МВТУ в то время английский язык преподавала Ника Борисовна, с которой мы часто вели разговоры на подобные темы. Я ее снабжал литературой о «снежном человеке», которым она интересовалась, а она привила мне интерес к египтологии. Я обещал ей поискать нашего советского снежного человека.

Наша туристическая группа была необычная. Из девяти человек – четыре девчонки. А все остальные ребята с разных групп и факультетов МВТУ и все незнакомые нам. Утвержденный список выглядел следующим образом:
1.       Шубин Саша – руководитель
2.       Малахов Володя
3.       Быков Борис
4.       Евдокушкин Саша
5.       Володко Виталий
6.       Грязнова Нина
7.       Пиксина Лора
8.       Уварова Женя
9.       Денисова Галя

Что мы тогда знали про горный Памир?Да ничего, кроме того, что Памир – это крыша мира. Единственная тоненькая книжечка, выпущенная в это время, была книга Павла Лукницкого «Неизведанный Памир». Она нас увлекла, в ней описывались приключения экспедиции в горную часть Памира, где караван из вьючных лошадей, с проводниками и рабочими пробирается нехожеными путями по всему горному краю. Возможно, что была и еще какая-то литература по этой части, но времени на подготовку у нас было очень мало - выезжать надо в июле.

Мы с Володей позвонили в редакцию, выпустившую книгу Лукницкого, узнали его домашний московский адрес и отправились в гости. Дверь открыл сам Павел Лукницкий. Это был мужчина примерно пятидесяти-шестидесяти лет, небольшого роста и весьма подвижный. Мы ему представились, рассказали, как его нашли, пели дифирамбы его книге и просили поведать нам что-нибудь еще про его экспедицию, описанную в книге. К сожалению, Лукницкий нам ответил, что экспедиция была давно, все события тех лет описаны в книге и ничего нового он сообщить не может, да и не помнит. Мы были немного удивлены и озадачены таким ответом, так как думали узнать что-то новенькое вообще о горном Таджикистане, его жителях, снаряжении экспедиции и т.д. Мы распрощались с не очень гостеприимным хозяином и ушли.

Много позже, где-то в 2013 году в России вышла книга Сергея Белякова «Гумилев сын Гумилева». Это самая полная биография Льва Гумилева, историка с мировым именем. Из этой книги я узнал, что отец Лукницкого был полковником царской армии, а его сын Павел Лукницкий окончил ленинградский университет и сделал преподавательскую и военно-инженерную карьеры. Он много раз бывал в различных экспедициях: Крым, Кавказ, Туркмения, Таджикистан, Памир. Памир и горно-бадахшанская область тогда кишели басмачами. Басмачами в те годы называли зажиточных таджиков, несогласных с проводимой властями коллективизацией, воевавших с советской властью и затем ушедших в Афганистан. Павел Лукницкий служил «в органах», был «агентом ОГПУ», а в «научных экспедициях вел особую скрытую для его товарищей работу». Мне стало ясно, почему Павел Лукницкий не захотел делиться информацией с какими-то «сопливыми студентами» добирающимися в приграничную зону.

Ну что же, пока мы ничего не узнали о заоблачном Памире, но это может быть и к лучшему, мы на неизведанный Памир будем смотреть своими глазами.

Планируя поездку, мы решили, что за лето после горно-бадахшанской области мы сможем еще попасть на четвертую смену в альплагерь «Урожай», который расположен на севере Памира. Мы купили путевки в этот альплагерь на всех участников похода на последнюю смену на сентябрь, полагая, что к тому времени наш турпоход закончится.

Следующим этапом подготовки к экспедиции было оформление документов. Горно-бадахшанская область Таджикистана расположена в приграничном районе Таджикской ССР, куда требовался специальный погранпропуск. Имея на руках бумагу от МВТУ и клуба туристов Москвы, где мы уже зарегистрировались, мы направились в милицию г. Москвы на Ленинградском шоссе, дом 22. У меня сохранился пропуск, написанный на бумаге с водяными знаками, который мне выдали в милиции. На обороте пропуска подробно указаны правила пользования пропуском и моя подпись, что я ознакомлен с правилами.

Оставалось главное – найти карту Горно-Бадахшанской области.

Наш маршрут проходил по высокогорной нехоженой части Памира и был обозначен как маршрут I категории сложности. Главное – никем не пройденный. Мы должны были пересечь горы с юга на север. Через перевал, Хурджин, который единственный раз был пройден в 1898 году каким-то казаком. Никаких описаний маршрута в московском турклубе не было. Карты этой части Памира засекречены, как и все подробные карты всех пограничных районов СССР. Через I отдел в библиотеку МВТУ по нашему заказу нам прислали нужную двухкилометровую карту для «ознакомления».
Мы с Малаховым были студентами пятого курса и могли пользоваться секретными документами. Сев в библиотеке 1-го отдела за отдельный стол, мы начали «изучать» присланную нам карту. Карта состояла из двух больших отдельных листов, сложенных пополам. На каждом листе карты был штамп «секретно». План нашего ознакомления был прост. Пока один из нас делает вид, что «изучает» первую половину карты, другой прячет вторую половину карты на животе под рубашкой и выходит из комнаты. В коридоре уже ждут девочки – Грязнова Нина и Ко. В одной из соседних пустых аудиторий они «набрасываются» на карту и снимают кальку с этой карты. Через пятнадцать-двадцать минут (столько времени достаточно, чтобы снять кальку) наша операция повторяется. Я приношу первую половину карты и остаюсь с ней, а Малахов выносит вторую половину к девочкам. Операция прошла успешно, и мы были очень рады, что у нас есть нужные карты. Но мы забыли, а может быть и не знали, что, во-первых, подробных карт (2-х километровых) отдельных областей СССР вообще не было. Вернее они были, но очень старые и плохие, 20-30- летней давности. А во-вторых, Хрущев, придя к власти в 1953-54 году, решил переселить целые народы, в том числе и таджиков с отдаленных мест их проживания на равнину, чтобы они там выращивали кукурузу или хлопок. Таджиков насильно переселяли, ломали их дома, уничтожая все подвесные мосты через бурные горные реки, чтобы жители не смогли возвратиться в родные края. И только в очень отдаленных и высокогорных районах, в которые мы и направлялись, кое-где сохранились стальные тросы от бывших подвесных мостов, которые были уже в непригодном состоянии, с чем мы вскоре и столкнулись.

Следующим этапом сборов экспедиции были продукты и снаряжение.

Профком и спортклуб МВТУ выделили нам огромную сумму денег: девять тысяч рублей. По тем временам это было очень много. Инженер после окончания получал 100 руб. в месяц. Стипендия на 3 курса у нас была 40 руб. а на шестом курсе – 60 руб. в месяц. На эти деньги иногородние студенты жили в общежитии. Билет до Ташкента стоил 25 руб. в бесплацкартном вагоне.

Деньги было поручено получить мне. Я пошел в кассу МВТУ, получить деньги на всю группу. Помню, как сейчас, - было очень жарко, и я пришел в рубашке с коротким рукавом. И вот мне отсчитывают все 900 рублей пачками по 1, 3, 5, 10 рублей! – это целых ворох пачек с деньгами. Сложив все пачки в газету и засунув ее в авоську, я пошел домой. Ходил я всегда пешком по Яузе от МВТУ до Котельнической набережной, где в ту пору жил. Авоська получилась большая. Таких денег я никогда в жизни не видел.

Покупка продуктов - это особое дело. Все продукты в то время были в дефиците, особенно сгущенка и тушенка, т.е. самые ходовые. На имя директора Елисеевского магазина писалось письмо от МВТУ с просьбой отпустить продовольственные товары и перечислялись эти товары. Получали их там же на складе. Сливочное масло мы потом перетапливали, получая топленое масло, которое еще в жидком и горячем виде разливалось по алюминиевым флягам с завинчивающейся крышкой. Одна такая фляжка хранится у меня до сих пор. Я ей в дальнейшем много раз пользовался в различных путешествиях и походах. Такая форма была оптимальна для похода. Стоило над костром подогреть горловину фляги, как можно было наливать часть масла.

Сухари сушили из ржаного хлеба в духовке. Из одного килограмма хлеба получалось полкило сухарей. Абсолютно все продукты на месяц брали с собой, закупая в Москве. Из Москвы же взяли с собой все необходимое снаряжение: две палатки, спальные мешки, веревки, ледорубы, горные ботинки и т.д.

Profile

mrs_truly
mrs_truly

Latest Month

Июль 2018
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Метки

Разработано LiveJournal.com