Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

Рогачево - Синьково

Наши бабушки и дедушки в доме престарелых в Рогачево во время карантина пережили сложные конечно времена. Кто-то не пережил. Другие, говорят, переболели не по одному разу. В итоге всех перевели в более крупную больницу в Сеньково. Нас к ним не пускали, мы пару раз отвозили подарки, писали письма. А под Новый год, уже в Сеньково, неожиданно пустили! Я даже справку получила об отсутствии вируса. Вот такие небесные явления меня встречали! Ну, думаю, хорошая моя дорога.





Рада, что жива Антонина Ивановна, очень я к ней прикипела. Всем от нее привет. Тоня моя передала ей подарочек.



Все фотографии здесь

Саша Т обустраивается

Для нас конечно самой большой новостью осени стал Сашин переезд. Кажется, переехали все! Вот тебе и карантин. Но Саша! У нас до сих пор остается его порция ужина. Все собираемся дружить домами, но на Ходынку так просто не доедешь, они теперь с Настей чаще видятся. И все же физическое расстояние для меня довольно мало значит. Ну просто у Кати теперь своя комната, а у Саши своя большая комната, спасибо Николаю Стефановичу и Карине.





Отметили переезд винной дегустацией под руководством Данилы Олеоленко:



все фотки здесь

Високосная Масленица

В Рогачево много пели, благодаря моей маме, которая заново подобрала и напечатала тексты. Наконец-то спели для бабушки Вали Висюлькиной целиком "От людей на деревне не спрятаться". Интересный момент был - я так увлеченно играю, пою с ними, и вдруг возникла тишина - никто не знал дальше мелодии. Мой голос остался в одиночестве, и я удивилась - так давно аккомпанирую и подпеваю, что и забыла, как он звучит. А вот рядом со мной пела медсестра Наташа - вот у нее голос что надо, я все думала что же она раньше не пела, а она оказывается последнюю смену работала - устала, свое хозяйство большое - козы, куры, пора на пенсию.

Антонина Ивановна наша, которой 14 марта я так надеюсь что исполнится 98 лет, приболела, возили в Дмитров в кардиологию. В больнице сделали хороший ремонт, но лифта так не появилось, ее медбратья носили по лестнице с третьего этажа и обратно на руках. Так что план мой свозить ее посмотреть на родной дом нереален. Ввиду болезни она немного потеряла оптимизм, говорит - "Аня, так просто умереть - минута и все". Говорит "Вот же как по-разному складываются судьбы у людей! Молодые умирают, а старые живут... А зависит это от того, что когда возникает зародыш, там с большой энергией объединяются половинки двух людей, но есть и третья часть -от природы, от Того, кто все придумал и предначертал, и вот это чудо и тайна". Говорит "не давайте детям лениться! всегда заставляйте их работать не меньше чем вы! на справедливые требования никто не обижается". Говорит: "Я много читаю, Слава Богу, все возвращается к Советскому союзу, а я ведь еще до него прожила - с марта по декабрь 1922 года". И еще - "Что бы ни было, только бы не война, ведь это ужас был - кто не погиб, те все больные вернулись. И только вот Федор Иванович, наш, деревенский. Вот судьба! В 1942м году я пошла провожать брата на фронт, 1924 года рождения. Шестерых провожали - а вернулся один этот Федор Иванович. Он рассказывал - всю войну прошел в разведке: выходим впятером - возвращаюсь я один, выходим вшестером - всех убивают, и только я один жив. Всю войну так его хранило, вернулся без единой царапины! А для чего, в чем было его предначертание - непонятно. Умер как все, лет 70ти". И подарила мне 1 тыс рублей на подарок своей тезке, моей Тоне.


все фотографии здесь

А в Еремино мы попали в протонный пояс ларморы!



Подробности здесь

#ялюблюфряново

В любимом Фрянове стараниями историка и краеведа Александр Послыхалина, Музей-усадьба Фряново и лично Екатерины Черновой, фряновских старожилов и местной администрации открыта памятная доска на здании старой больницы - памятнике эпохи модерн. Доска посвящена архитектору Т.Я. Бардту, первому главврачу С.О. Пальку и главврачу Н.Н. Скворцову, проработавшему в больнице 40 лет с 1923 по 1963 год. На открытии кроме официальных лиц выступали внучка Николая Николаевича, много сделавшая для фряновского музея, и ветераны фабрики - все они родились в этом здании, все помнят главного врача.





Вроде простое дело - открытие таблички. А сколько за этим стоит труда, согласований, утверждений, не говоря о непосредственной исторической и исследовательской работе. Кажется, душа этого небольшого городка живет и возрождается благодаря стараниями местных историков и краеведов, как будто на старое дерево терпеливо прививают новый привой, и так хочется, чтобы он прижился. Присоединяйтесь.



Все мои фотографии события здесь, а на обратном пути мой фотоаппарат сам переключился в какой-то невиданный доселе хипстерский режим, и вот что получилось:




Храм. Чудные старые живые места.


Рогачево, Покров

Завершая дела перед Непалом, очень хотела успеть съездить в Рогачево. И поехала, одна с детьми, никто больше не смог. Только по дороге поняла, что сегодня Покров, и так все хорошо сложилось.



А то что масштабного концерта не получилось - ну и хорошо. У них ремонт по программе губернатора, в больнице на нижних этажах поставили киоск электронной очереди, а на третьем этаже в отделении сестринского ухода, куда по-прежнему нет лифта (и никто из стариков не может выйти на улицу), меняют свет. Но мы хорошо посидели, поговорили. Девчонки ходили по палатам с всегда радушно принимающей нас сестрой-хозяйкой Светланой Александровной, дарили соки, игрушки, кремы, пастилу. Часть хозяйственная Света таки прибрала, говорят старики спрячут-потеряют, я лучше сама потом выдам.


А я разговорилась с Антониной Ивановной - Учительницей, как ее здесь зовут. Ее все уважают, так что Светлана всех моет строго по очереди, а ее спрашивает, не хочет ли она помыться.

Ей 98 лет весной. Это ее дом мы ездили фотографировать для нее в соседнюю деревню. Чуть побольше узнала о ее жизни. Ее военные воспоминания я записала здесь, а потом Антонина Ивановна 40 лет работала учительницей - в своей деревне и в Рогачево, вот прямо в этом здании, где сейчас эта больница, где она живет! Ну бывает же так! Она преподавала здесь, какое-то время замещала директора. Говорит, раньше школа была в хорошем купеческом доме, потом перестали умещаться и построили это здание, на таком болотистом месте, что в подвалах всегда стояла вода. Она с завхозом все в сапогах ходила по подвалу, спасала имущество. Потом школу построили новую, а здесь разместили больницу. А у Антонины Ивановны артрит, лежит и ходит в валенках, но старается вставать, ходить с палочками.

Муж-фронтовик рано умер, в 58 лет, "они все больные вернулись с фронта, все рано умерли, кто на парадах ходит - все это штабисты, а наши не пожили потом совсем". Вырастила двух сыновей. Оба хорошо учились, жили в интернате, все время с хорошими воспитателями. Старший только закончил текстильный техникум, получил распределение в Раменское - как призвали в армию, 4 года служил моряком в Египте! Все глаза выплакала, писем не было. И второго тут же забрали, и мужа на военные сборы. Тогда, в 1968 году, они думали что снова начнется война, всех мужчин забрали снова в армию.

Сыновья тоже много не пожили. Старший переехал к ней после ее инфаркта, помогал, жил с ней в деревенском дедовском доме 10 лет, а потом натаскался с утра воды (надо было вставать в 4 утра, а то потом вода в колонке кончалась) - да и помер в бане, нашла его, похоронила. С его семьей не сложились отношения. Две внучки есть, но бабушка не пришлась ко двору. Осталась она одна, и пришлось уходить в дом престарелых - в деревне одной не проживешь ("поезжайте, возьмите ключи, живите в моем доме, он крепкий, хороший, пропадет без хозяина!"). Младший тоже умер совсем молодым, но у него не очень была благополучная жизнь, семьи не осталось.
Ездят к ней внучатые племянницы - внучки сестер, самим уж за 70, и вот одна, из Клина, приезжала недавно, собрала в саду Антонины Ивановны яблоки, и она нас ими угостила.

В субботу приходили из школы учителя и дети, поздравляли с днем Учителя, сделали концерт, подарили открытку от губернатора.

Антонина Ивановна сказала главное - это чтобы мир был в семье, чтобы все вместе, чтобы детишки росли, рожать побольше. Отказалась она когда-то от третьего ребенка, жалеет теперь. У нее самой было семеро братьев и сестер, и все выжили, все встали на свою дорогу.
И Бога не забывать. У нее дома стояли старые красивые бабушкины иконы. Однажды приехал проверяющий из района, школа-то образцовая, и пришел в гости. И стал ее корить, угрожать увольнением. "Ведь время какое было, Аня! Храмы разрушали, а ведь на нашей земле столько славных монастырей!" Пришлось иконы спрятать в чулан. А сейчас, когда уходила из дома, раздала их.
Хранит в сумке под подушкой все наши открытки, Васи и Маши Белоусовых, Матвея, еще какую-то картиночку. Фотография дома стоит в рамке на тумбочке. Передавала всем огромное спасибо и самые сердечные пожелания.

Спасибо всем кто поучаствовал. В следующий раз поедем перед Новым годом собирать пожелания к Деду Морозу!

Умерла наша Тара



Таксу подарила нам моя подруга Жанна Немсицверидзе 15 лет назад. В питомнике ее назвали Офелия Даксхунд - весь помет называли на О - Одетта, Одилия, Отелло. Благородных кровей, клеймо на животе. Но мы назвали ее по-своему, сказали надо так - первая буква фамилии владельца, 2 слога, в середине Р, вариантов немного. Она была очень хорошенькая, гладкая, грациозная, никогда не была толстой до самого последнего года. Легко запрыгивала на диван, подоконник и даже стол. Воровала сосиски, конфеты, котлеты из банок, в общем все что хорошо пахло и плохо лежало, но делала это с очень благородным видом. Ее подарили Саше, и он очень ее любил, но кормила-то я, потом и Леха, так что она делила свою любовь. Очень любила мою маму и всех наших детей, хотя немного профигела, когда Катя родилась дома, не знала как ее защищать, лежала всегда между ней и врачом например, молча, но настойчиво оттирая чужих от малыша. И Петю любила, и Тоню, и они ее тискали и обнимали.



Мы оказались не очень упертыми собачниками. В собачью школу нас не взяли, сказали что она слишком умная для дрессировки. Мы просто с ней жили. Раньше она спала со мной в кровати, но потом Леха ее выпер, и она не сопротивлялась, вообще признала в нем хозяина. Мы брали ее пару раз в поход на речку, но она прыгала с байдарки при любом шорохе из прибрежных кустов, и Леха вылавливал за хвост или ошейник, она впиралась в палатку во всей красе, в общем мы бросили это занятие. Брали всегда на дачу. Она любила бегать с нами на лыжах - стояла лапами на лыжах, или прыгала и прыгала по лыжне, с удивительным упорством. Вообще у нее всегда был свой план. Если она решила бежать с тобой - будет бежать. Будет выть, пока ее не возьмут с собой. А в другой раз нормально остается одна. Многие годы она всегда, всегда влезала во все фотографии. Поставишь людей фотографироваться, и вдруг раз - и в кадр вбегает Тара. Когда у нас дома был оркестр, она уже плохо видела и слышала, но ложилась всегда в самом центре и кайфовала, может быть на этих частотах ей было приятно. В последние годы нам вообще стало казаться, что она говорит. По крайней мере мы абсолютно всегда понимали, что она хочет. Она просто смотрела в глаза и все передавала. Саша говорил, что она похожа на креветку, так она всегда спала свернувшись.



Она стала больше спать, погрузнела, несколько раз уже собиралась умереть, сломала ногу, но все выживала и выживала. Очень много вложил в нее Леша, спокойно воспринимающий все проблемы, таскал ее на иголки, гуляли они в основном с Сашей по очереди. Ну а потом начался рак, но мы спокойно жили с этим, лечили симптоматически, и мне кажется она была нам благодарна и не мучалась. Она спокойно спала, гуляла, пусть медленнее. Поседела. Рак ухудшился, но мы все равно лечили ее. А потом  она попала под мою машину прямо у дверей дома в Еремине. Как так получилось? Как получилось, что я задавила свою собаку. Утешаю себя тем, что у нее на все был план, так она решила.



Мы похоронили ее на настоящем кладбище домашних животных недалеко от Дуброво, от нашей дачи 15 минут на велосипеде. Будем ездить, сажать цветочки. Тара, верный друг, скучаю по тебе, по-прежнему не оставляю сумки с едой на полу. Это так правильно, когда в доме собака. Тара была нашим домовым, что теперь.

Кем быть

Дети часто спрашивают меня, кем я хочу быть, и я говорю - писателем. Но еще больше я хочу стоять в длинном коридоре больницы №40, напротив кабинетов 3-7, и обнадеживать онкологических больных.

Длинная очередь, чтобы попасть к 14ти, люди приходят к в 11. А может быть они как раз приходят, чтобы пообщаться? Никто кроме меня не бесится из-за очереди.

"А вам сколько сделали? 6? И как? Очень тяжело? А мне назначили 10, как думаете - это хорошо?" "Одна женщина у нас лежала, молодая совсем, так вот, ей все отрезали, потом сделали 20 химий, и лучи. - И как она? - Да не знаю, не видела больше". Плохих историй никто не рассказывает.

Приходит женщина с таким потерянным взглядом, даже не думала что такое бывает, просто как во сне идет, как водится, молодая совсем. В руках как у всех - конверт с документами, как письмо Богу несет. Кто последний? А в кабинете сначала радиолог принимает с 11ти, а потом гинеколог с 14, и часть очереди сидит к 11, а часть к 14. Ее спрашивают - вы к кому? - К кардиологу, к кардиологу. - Да здесь нет кардиолога! Идите в регистратуру. Возвращается. - Сказали в 7 кабинет. - Ну да, это 7й, только Вам к 11ти или к 14?

Вижу она сейчас в обморок упадет. Умоляюще так говорит: "Дело в том, что мне на госпитализацию". Беру у нее направление, там понятно что ей к гинекологу. Сидите, говорю, в этой очереди.

И вдруг потянулись ко мне бабки и женщины со своими направлениями! Говорят, и у меня проверьте, туда ли сижу. Отнекивалась я отнекивалась, но вопросов не возникало - если держать направление не вверх ногами, то там написано, какой нужен врач.

Но не хотят они их читать! Включается защитная реакция организма, понимание не работает. Кто-то и правда никогда вообще ко врачам не попадал и не разбирается. Я всем говорю - да вы не переживайте, тут и здоровому не разобраться! Направление в диспансере, анализы через 3 недели, со всем этим сюда и тебе скажут какие доп анализы, и тогда уже назначат, но куда непонятно, это надо записаться к районному онкологу, и тд и тп. Мы с теткой в тот раз пришли и отстояли 3 часа получается только за списком анализов.

За кого-то все делают родственники, но это не лучше - больной окончательно отключается и становится таким медицинским объектом. Более-менее все в итоге разбираются, а может быть просто тратят как раз эти тревожные годы на четкий порядок полубессмысленных, часто ритуальных действий, и это хорошо, и это правильно. Ну а что, дома сидеть переживать? К одному врачу сходил, к другому, так глядишь и время прошло, и лучше стало, ну или наоборот.

Но знаете, что спрашивали меня соседи по очереди, протягивая свои направления и истории болезни? Я вылечусь? У меня очень страшный диагноз? А вы знаете случаи, когда вылечивались? А правильно я все делаю?

И тут не нужны правильные рациональные ответы, которые дают врачи. Им нужен ответ - конечно правильно! Не такой страшный! Есть случаи! У вас есть шанс! (И это всегда правда).

Одна тетенька в другом коридоре сидела сидела, елозила, наконец стала всех спрашивать - ну скажите, делать или не делать мне операцию? Все конечно говорили - этот как врач говорит. А она: "Ну врач-то хирург, он всегда скажет резать! А что если оно само уйдет?" Все отворачивались к своим тревогам и делам, а она все и на операцию не идет, и не уходит. Пристала ко мне. Ну я ей зеркалю зеркалю что-то неопределенное, повторяю ее последние фразы. И тут пошел у нее процесс решения, она зацепилась за какой-то собственный факт, и решилась, и просветлела, и пошла. А надо то было всего - ее послушать и помычать.

Не надо никаких обоснований, фактов, просто чтобы кто-то улыбался и говорил что все будет хорошо. Работа мечты. Это вам не ставку дисконтирования считать. Эта работа абсолютно нужна прямо сейчас, 100% запрос. Это как давать пить. Нам кто-то должен улыбаться и говорить, что есть шанс. Вот таким писателем я хочу быть.

Рогачево, Троица

Благодаря и при участии Насти Рязанцевой, Оли Кузнецовой и Юли Соломатиной, неожиданно и счастливо вновь обретенной Нины Михайловны Осиной, а также моей Светы и Леши, мы с Таней Глухаревой, ее мамой и сестрой, Светой Тюниной и с Дашей - Катей съездили к нашим старикам в Рогачево.


Пели, поздравляли именинников, кормили мороженым. Дедушка Толя плакал, когда ему дали вафельный стаканчик. Но он всегда плачет, когда к нему обращаешься или просто подержишь за руку. Он прекрасно улыбается и интересно рассказывает. Он рассказал Тане, что был что ли заведующим ДК, так что профессионально оценил светин голос как "рабочий". Света и правда прекрасно, широко пела.


Кто-то буквально проглотил мороженое, дургие долго сидели с ним мучались, пока мы не сообразили взять его и выкинуть. Тем более мы одновременно пытались петь - неудобно было с этим мороженым. Но тут не выбираешь - всем раздали значит ешь. Слепой бабушке Вале например мороженое не очень пошло. Зато когда ей сказали, что у нее в руках настоящая свечка и надо дуть - она была счастлива.


Соседка же ее, Валентина Васильевна, против обыкновения была рассеяная, грустная, что-то пыталась рассказать невпопад, не могла сосредоточиться на песнях. Что такое, думаю? И многие не вышли из палат... И новая больная появилась, даже не назовешь ее бабушкой, явно "домашняя"... Подсела поговорить с одной обычно очень бодрой бабулей, она еще всегда Катю кормит конфетами, а наши подарки складывает для внучков. А тут вдруг говорит: "Нет у меня внуков, откуда?" Я думаю вот же какая я забывчивая... Да нет, точно, она мне говорила про внуков! Снова спрашиваю, с другой стороны. "Нет, говорит, нету, точно нет. У меня только сын. Вот у него внуки есть, а у меня нет". Ясно, думаю, тоже загрустила, затуманилась бабуля. "Он скоро за мной приедет, меня ведь переводят в Орудьево". Почему переводят?! "А не знаю, ничего не знаю, говорят забирают меня отсюда". Валентина Васильевна тут же вдруг быстро-быстро, стараясь успеть, стала рассказывать, что Орудьево хорошая деревня, она там 10 лет работала, там и больница хорошая, и школа крепкая, и там была одна такая женщина... Этому рассказу не было конца, пришлось попрощаться посередине. Всех бабушек разогнали по палатам на тихий час, моя собеседница осталась одна в коридоре, снова ушла в себя, в свои грустные тревоги. Мы к персоналу: "Почему вдруг забирают ее?" "Да мы закрываемся. Всех с 1 августа должны выписать и разобрать, кого куда. У нас теперь будет как в обычной больнице - месяц полежал и до свидания".

Вот как. Закрывают в общем наш дом престарелых, разбирают бабушек и дедушек - кого куда смогут перевезти родственники. Всех ли возьмут, что будет теперь здесь - ничего не понятно пока. Как объяснила мне Аня Рулько из фонда "Старость в радость", это общая тенденция такая - закрывают отделения сестринской помощи, укрупняют дома престарелых. Об этом подробно написано в статье директора фонда Лизы Олескиной. Не знаю, хорошо это или плохо в целом. Для этих бабушек это не просто стресс, это конец сегодняшней жизни. Неизвестность, тревога, зависимость. Самые большие страхи старого человека. Не все переживут этот переезд.

А мы им все говорили - загадывайте желания! Что хотите то и загадывайте! То-то они удивлялись непривычному вопросу. Дедушка этот сначала сказал "быть счастливым", а потом - "чтобы рука прошла".


Ехала туда 100 км 3 часа, обратно - 4. Пробки, стройки, ремонты, села, деревни, рынки... К вечеру я была уверена, что все это зря. Ну вот мы ездили ездили к ним, старались устроить атмосферу. Единственно что держит их на плаву - свое место, свои люди вокруг, когда кто-то называет по имени, когда есть своя тумбочка и халат. У них там было не больше 25 стариков, много персонала, хорошие бытовые условия, и была возможность заниматься настроением, вытаскивать людей из существования к жизни. Но мы совсем не много успели. Я только записала их имена! И вот все закончилось. Все это была иллюзия. Как бы долго не ехал этот поезд дальнего следования (так они иногда называют свое пребывание в доме престарелых - всегда временное! в небольших купе на узких неудобных полках) - все равно надо выходить. Теперь думаю - все равно надо продолжать.

Когда мы уезжали, за нами выбежала главная санитарка Светлана Александровна, которая всегда организует наши приезды. Говорит: "Вы нас не бросайте! Они же ждут вас! Очень ждут!". Нет, говорим, не бросим конечно. Приедем в августе точно, может здесь кто-то еще будет из "наших". А там посмотрим. Орудьево недалеко, и деревня хорошая.

Еще немного фотографий

Нашему Пете сегодня 4!



Рожать его было больнее всех. У Петра Алексеевича куча заморочек типа "не надену комбинезон с собачками" "пойду в ресторан в носках" "не дуду" и вообще. Он может встать посередине улицы и реветь как белуга, и ничто его не собьет с этой мысли. Долгое время он рос как бы незаметно - мы то Сашей, то Катей занимались, а потом уже Тоней. А сейчас у меня сердце болит больше всего за Петькана. У него самая затяжная аллергия, он меньше младшего Тимохи, за 2 года еженедельного хождения в бассейн Петя залез в него один раз.

Зато он единственный может взять свое одеялко, пойти в свою комнату и лечь спать. Он задает прекрасные вопросы! Он умеет считать. У него рассуждения космогонического масштаба "если человек ест один то так тому и быть" "не может быть луна и солнце одновременно, но если луна выходит значит пора". У него есть друзья - Тимоха (кодовое имя "папа-сын") и Вася. Он носит им подарочки каждый раз. Он знает своего боольшого железного тезку, здоровается с ним и прощается, когда мы идем с "Брюсова". Он не плачет если падает. Знает про Кремль. Запоминает все дороги, повороты, всегда говорит "куда это мы едем это же дорога в баню". Легко встал на самокат, лыжи. Он "крутой герой и рыцарь". Вчера Петя первый раз в жизни нарисовал жостовский поднос и залечил зуб.

Когда он родился, в эту самую минуту, ни с кем так больше не было - мне стало совершенно ясно, что нам выпала честь кормить и заботиться о совершенно готовом, на голову выше нас, пришельце из других миров. Это ужасно интересно и ответственно.

А вот совсем недавно Пете был 1 год

Праздник жизни

Моя подруга Нина Уманская работает в фонде "Вместе против рака". В субботу они проводили "Праздник жизни". Там были больные с семьями, врачи, сочуствующие; хороший концерт, мастер-классы, бесплатные медицинские консультации. Они хотят донести до всех, что рак - это не приговор, это диагноз. Красивые молодые пациентки профессионально показывали модное дефиле.


Участников пришли поддержать Александр Добронравов и Марина Хлебникова, у Марины мне даже довелось взять интервью.                                                                                                                                                              


Я ходила, ходила по залу, смотрела на людей, и мне все больше хотелось улыбаться, танцевать, как-то перевесить тему мероприятия. Вглядывалась  - а вот он почему здесь? Этот понятно, он в парике, а эта зачем пришла? Пыталась досочинить историю каждого.


Кого-то можно определить и не по парику. Замкнутые и потемневшие, несколько женщин сбились вместе, смотрели на весь этот праздник, а потом просто разрыдались. К ним подошла Марина, все обнялись, они чуть просветлели, стали вытирать слезы с вобщем-то совершенно обычных и ухоженных лиц.

Чем они отличаются? Знают срок? Это тоже неправда - даже официальная статистика дает широкие разбросы по большинству диагнозов. Хлебникова сказала: "Мы с вами живем «белое плюс белое», а они – «белое плюс черное». У них внутри живет смерть, и они каждый день с ней сражаются. Они стараются ее вытолкнуть".

В каждом живет смерть, но они это знают. Мы относимся к этому теоретически - а они практически.

Как вытащить их из тени. Что точно знаю:
1. Раки бывают разные. Надо снизить демонизм этого слова. Рассказывать
всем о том, что бывают разные болезни, с разными сроками, с разными ремиссиями. Возможно, надо избегать этого слова, а говорить - саркома, лимфома и т.д. Относиться реально как диагнозу: вот у человека например язва. От язвы тоже умирают, но мы же его не хороним раньше времени.

2. Тяжело больные люди очень страдают по мелочам, из-за отсутствия реабилитации, специальных медикаментов, условий жизни. Надо узнавать про такие препараты, устройства, всем рассказывать. Помогать физически и материально своим знакомым.

3. Не бояться общаться, общаться адекватно. Человеку осталось ну например (!) 2 года, и пусть он их проживет не в атмосфере ужаса, не среди плачущих или отвернувшихся людей, без тошноты.


4. Все это конечно относится не только к раку, у нас вообще спартанское общество, приоритет физических кондиций. Буду рассказывать детям, что люди бывают разные.

Скажите свои соображения, присоединяйтесь. Давайте говорить об этом.

Важное объявление:



Все фотографии "Праздника жизни"